И наконец, одним из самых знаменитых жителей Эфеса был Гераклит (около 540 — около 480 гг. до н. э.). Он вел свой род от самого Кодра, вернее, от его сына, основателя Эфеса Анд-рокла, представлял этот род в качестве эфесского царя (ба-зилевса), что было в его время только уже функцией религиозной, а не политической. В знак протеста против побеждающей демократии и утвердившейся тирании он отказался от этого титула (в пользу своего брата) и посвятил себя философии. И думается, не совершил ошибки.

В силу его происхождения у Гераклита были все причины стать противником и демократии и тирании. Бесспорно, его политическая позиция была реакционной (достаточно вспомнить о таких изречениях, как «большинство зло, и добро только меньшинство», «аристократов отличает стремление к вечной славе, толпа, словно скот, лишь думает о своем животе»). Но как философ он много сделал для развития человеческой мысли и был — говоря словами В. И. Ленина — «одним из основоположников диалектики».

Вот как оценивает его значение в истории философии Энгельс в своем вступлении к «Анти-Дюрингу»: «Когда мы подвергаем мысленному рассмотрению природу или историю человечества или нашу собственную духовную деятельность, то перед нами сперва возникает картина бесконечного сплетения связей и взаимодействий, в которой ничто не остается неподвижным и неизменным, а все движется, изменяется, возникает и исчезает. Этот первоначальный, наивный, но по сути дела правильный взгляд на мир был присущ древнегреческой философии и впервые ясно выражен Гераклитом: все существует и в то же время не существует, так как все течет, все постоянно изменяется, все находится в постоянном процессе возникновения и исчезновения».

Этот Гераклитов принцип («панта рей» — «все течет») — один из краеугольных камней диалектики. Но Гераклит был не только диалектик, но и материалист: в его учении впервые в истории философии диалектика и материализм соединились.

Основной тезис материалистической философии Гераклита отчетливее всего выражен в двух отрывках, которые сохранились в цитатах Климента Александрийского и Диогена Лаэр-ция: «Огонь — основа всего, все является изменением огня… все происходит в борьбе противоположностей и все течет как река, все имеет границы и все один мир». «Мир, единый из всего, не создан никем из богов и никем из людей, а был, есть и будет вечно живым огнем, закономерно воспламеняющимся и закономерно угасающим»… Ленин в своих «Философских тетрадях» пишет к этому следующее примечание: «Очень хорошее изложение начал диалектического материализма!»

От большого труда Гераклита «О природе», цитированного почти каждым античным автором, остались лишь фрагменты. Вместе с цитатами и вариантами их насчитывается около 130. Некоторые из них очень кратки и из-за своей отрывочности почти непонятны, иные изменены средневековыми переписчиками (скажем, слово «природа» заменено словом «бог» и т. д.). Приведем несколько его высказываний: «Борьба — прародитель всего, владыка всего, из одних она делает богов, из других людей; из одних рабов, из других свободных». «Все, что происходит, — результат борьбы противоречий». «Лишь только одно мудро: познать причину, которая всем движет». «Множество знаний еще не учение». И наконец, цитата, которую временами вспоминают археологи: «Тот, кто ищет клады, выкапывает много земли и мало что^ находит».

Что мы знаем о судьбе этого труда? Где и при каких обстоятельствах он исчез?

Рассказывают, что перед своей смертью Гераклит укрыл его в самом безопасном месте на свете. В месте, столь неприкосновенном, что на протяжении всей истории Древней Греции и даже в эпоху расцвета Римской империи сюда ни разу не ступила нога неприятеля.

В месте, куда греческие государства во времена своих междоусобных войн прятали свои сокровища, где даже Ксеркс укрыл своих детей, отправившись в поход против Греции, и никто на них не посягнул.

Но к великому нашему сожалению, именно в случае с рукописью Гераклита великая богиня подвела. Оставим в стороне догадки, куда и как исчезла рукопись, эти догадки довольно беспочвенны. Одно мы знаем точно: последние следы творения, которое заложило фундамент диалектического материализма, кончаются за бронзовыми воротами храма Артемиды в Эфесе.